Пятница, 15 мая 2015 11:52

На войне каждый день, как последний

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Ветеран ОАО «Морской порт Санкт-Петербург» Алексей Евстифеев почти 60 лет трудился на предприятии. Сначала был слесарем по ремонту кранов, а на заслуженный отдых ушел в должности начальника участка благоустройства

Он отвечал за уборку четырех грузовых районов порта. Эта работа и прославила Алексея Павловича как невероятно трудолюбивого человека, способного успевать везде, где нужна его помощь. Но мало кто знает, что Алексей Павлович еще и ветеран войны, труженик тыла. Вот как он вспоминает о военном времени.

Дом у дороги
Наша семья жила в прифронтовой полосе — в деревне Первомайское под Великим Новгородом, которая расположена прямо на дороге Москва — Ленинград. Из окон дома я наблюдал движение советских войск, эвакуацию. В деревне был организован перевалочный пункт для солдат и стройбатальон. Солдаты приезжали сюда после боев, чтобы подлечиться, подлатать одежду и отремонтировать военную технику, а потом снова отправлялись на фронт. Моего отца с началом войны призвали в армию, он погиб в боях под Смоленском. Старшая сестра работала в тылу. Дома остались я, мама и младшая сестренка. Когда узнал, что началась война, то толком и не представлял, что это.

Под бомбежками
Во время первой бомбежки в 1941 году мне было 13 лет. С другом Яшкой пошли в поле, чтобы коров с выпаса забрать. Увидели тогда людей, которые шли в эвакуацию: уставшие, с вещами и маленькими детьми. Вдруг в небе появился самолет, все бросились врассыпную, а мы с Яшкой стоим и смотрим — не привыкли еще. Черные бомбы посыпались с самолета и упали на деревню, до нас не долетели. Многих односельчан тогда ранило, некоторых убило, после почти все жители ушли в лес. Кто землянку себе сделал, кто шалаш какой-то соорудил — так и жили некоторое время. При другом сильном налете я чудом уцелел. Шел по деревне — вдруг слышу страшный свист, а потом взрыв. Бомба упала рядом, взрывной волной меня отбросило на несколько метров. Я вскочил и бежал без оглядки два километра через поле до ручья, где был небольшой мостик, под ним и спрятался. Было так страшно, что выйти осмелился только ночью. Мама думала, что меня убило, а когда я появился на пороге, она упала на колени, обняла и заплакала.
В следующий раз бомба летела прямо на меня, уже попрощался с жизнью, но она упала позади в пятидесяти метрах. Снова остался жив, но пострадали соседи: женщину убило и ранило мальчишку. В другой раз был в прихожей, раздался грохот, полетели щепки, выбило окна вместе с рамами. Маму и сестренку тогда сильно ранило осколками стекла. После этого приняли решение эвакуироваться.

Мама уехала
Она собрала сестру, кое-какие вещи и ушла в глухие деревни. Я остался в доме за главного. Вырыл окопы на участке, чтобы прятаться во время бомбежек. На печке сделал лежанку: если бомба попадет, с одной стороны меня печка закроет, а с другой — стена. В деревне из местных почти никого не осталось, но дома не пустовали, в них жили военные. У нас поселился штаб стройбатальона. Дома постоянно находились офицеры и солдаты. Ночью не было ни одного свободного места, спали на полу, в сенях и даже на приусадебном участке — где гимнастерку кинут, там и уснут.
У командира стройбата я был денщиком, то есть посыльным. Выполнял разные поручения, за это меня немножко подкармливали. В разгар блокады Ленинграда появилось много предателей, которые считали, что война уже фактически проиграна. Ночью они пускали ракеты, свет которых направлял вражеские самолеты. Прятались враги в лесах, которые я знал, как свои пять пальцев. Командир сформировал группу солдат для поимки предателей, а я был у них проводником. Мы пробирались в лес ночью, я шел впереди, указывал дорогу. Когда подбирались к диверсанту, солдаты оставляли меня позади, а сами шли окружать. Еще ловили дезертиров, некоторые были из нашей деревни.
Наравне с солдатами и оставшимися жителями деревни я работал на лесозаготовках, ремонтировал дороги и переправы, трудился на полях, хоронил солдат. Как сил хватало — сегодня не представляю.

Силища
В 1943 году бомбить стали меньше, мама вернулась из эвакуации. Немцы все силы бросили на Ленинград. Помню, как зимой 1944 года мимо нашего дома шли на фронт сибиряки. Здоровенные широкоплечие солдаты в белых полушубках, одни пешком, другие на аэросанях с огромными прожекторами — тьма людей и техники. Я стоял у дороги и поражался этому «параду», этой громадной силище!
Да, я не участвовал в боях, но всю войну жил в прифронтовой полосе. Каждый день был для меня, как последний. Об этом мои стихи:
Я не был на фронте, но знаю,
Как пули над ухом свистят,
Когда диверсанты стреляют
В следящих за ними ребят.
Я не был на фронте, но видел
Взрыв бомб и как рвался снаряд.
Осколки и пули косили
Здесь наших ребят и девчат.

Наше время
У Алексея Павловича есть сын, внук. Он до сих пор общается с бывшими коллегами, посещает собрания ветеранов. Недавно ему вручили памятную медаль в честь 70-летия Великой Победы, но самой ценной наградой жизни он считает нагрудный знак «Почетный работник морского флота».
— Я часто вспоминаю о порте — это вся моя жизнь. Передаю огромный привет всем портовикам, кто меня знает и помнит, — говорит он.

Прочитано 977 раз

Последнее от Редактор сайта

Похожие материалы (по тегу)

Другие материалы в этой категории: « На чем нельзя экономить Цель — достойный результат »
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии