Пятница, 27 июня 2014 15:30

Жизнь привела на завод

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Об окончании войны младший сержант Коробкова узнала во Львове. Связистов разбудили под утро, на самом рассвете. Выбежали на улицу кто в чем был. И плакали, и смеялись! Город, сбросивший полудрему, взорвался несмолкаемым гулом голосов, музыки и победных залпов

IMG 52411

Домой отпустили не сразу. Хотели отправить в Японию, но в конце концов оказались в Запорожье, где часть расформировали. В родное Навашино
 Антонина Николаевна вернулась 25 августа 1945-го.
Но прежде чем устроиться на судостроительный завод «Ока» (ныне Окская судоверфь), где она только ни побывала и чем только ни занималась, исколесив полстраны. А судьба все равно подтолкнула к заводской проходной, ставшей родной на всю оставшуюся жизнь.
— Мне не было и двух лет, когда наша семья в 1927 году переехала из села Репино во Владимирской области в город судостроителей на Оке, — вспоминает Антонина Николаевна, — отец работал на заводе, мама занималась хозяйством. Чтобы прокормить большое семейство (кроме меня родилось еще пять детей), держали корову. Мне, как старшей дочери, приходилось помогать матери по дому, ходить с ней в луга и серпом жать траву. В общем, детство было несладкое. А тут грянула война, я как раз окончила восемь классов. Еще два года проучилась и решила идти воевать. 30 июня был выпускной, мальчишек почти не осталось (всех призвали на фронт), а 8 июля мы, пять девчонок, поехали в военкомат, который находился в Кулебаках. Так оказались в Муромской военной комендатуре, откуда нас отправили в Горький в 265-й отдельный батальон связи. Меня и еще одну девочку оставили учиться на радиотелеграфистов, а остальных отправили в зенитчики на Мызу. И после курсов (шел 1943 год) прикомандировали к штабу 1-го Украинского фронта. В составе опергруппы, с которой я исколесила на полуторке военные дороги от Житомира до Кракова и дальше до Львова, служили семь человек: наш командир — майор Смирнов, начальник радиостанции — сержант Малышев, механик дядя Ваня, обслуживающий эту радиостанцию, водитель полуторки Шура Меншикова и три радистки вместе со мной. Слава богу, все уцелели до самой Победы. Но, к сожалению, наши пути навсегда разошлись после войны.
А смерть, пусть связисты и не воевали на самой передовой, за всеми ходила по пятам. Даже в освобожденном от фашистов Львове было небезопасно находиться и в ночное время появляться на пустынных улицах. Лютовали бандеровцы. Оперативная группа майора Смирнова работала на окраине города в отдельном здании. Чего уж говорить о других таких же подразделениях, которые часто базировались в полевых условиях вне крупных населенных пунктов. Были случаи, когда на них нападали бандеровцы, уничтожая всех поголовно или увозя с собой. Именно тогда связистам вместо винтовок стали выдавать оружие посерьезней — вплоть до пулеметов. И когда война для Антонины Коробковой закончилась, она с облегчением покинула небезопасный город. DSC 6605
Но и мирная жизнь наладилась не сразу. Антонина собиралась продолжить учебу в промышленно-экономическом техникуме в Горьком. Съездила, все понравилось, сообщила радостную новость к родителям, а те: с учебой поможем, а вот одеть и обуть нечего. Сама, мол, решай, как быть. А у вчерашней радистки — кирзовые сапоги, шинель да шапка. То, что оставалось до войны, — подносили сестренки. Так и пришлось распрощаться с мыслями о техникуме. И куда без специальности?
— Где освобождалось место, туда и брали, — вздыхает Антонина Николаевна, с которой мы беседуем в ее уютной, ухоженной квартире пятиэтажного дома в центре Навашина, — поработала в райсобесе (пока одна сотрудница уходила в декрет), затем мне предложили место зоотехника — согласилась. Работала с документами и ездила в колхозы выбраковывать скот. Был такой забавный эпизод. В то время через Навашино проходили эшелоны с беженцами, и мама купила у них для меня белые фетровые боты. Представляете картину: я в солдатской шинели и в этих ботах приезжаю на свиноферму! Потом агитировали на бухгалтера, но я не пошла: решила, что это не мое, любила, чтоб все было честно. И через некоторое время уехала в знакомый мне Житомир, где в гвардейском авиационном полку служил механиком брат, устроилась туда машинисткой. Вместе с частью попала в Германию, а через год летчиков передислоцировали в Астрахань. Ни жилья, ни других перспектив не стало, пришлось возвращаться в Навашино, где в 50-х началась новая страница в моей жизни, связанная с судостроительным заводом.
Там Антонина Николаевна и познакомилась со своим будущим мужем. Александр Мещеряк, видный парень из Харьковской области, приехал в гости к брату, который трудился в Навашине строителем. Тот посоветовал ему остаться в городе. Александр Иванович, как и его супруга, знает о войне не понаслышке. Фашисты начали бомбить Харьков, когда он еще учился в школе. Уроки то проводили, то отменяли. После налетов закрылись магазины. Ребятня, как могла, помогала нашим солдатам: снабжала продовольствием, сообщала о передвижениях немцев, уже чувствующих себя на Украине хозяевами. Бывало, попадались на глаза оккупантам, но, к счастью, отделывались поркой.
IMG 5234— Однажды лицом к лицу встретились с немецкими солдатами на сахарном заводе, куда с нашими бойцами на пяти бричках отправились за продовольствием, — рассказывает Александр Иванович. — Не поверите: молча загрузили сахар и разъехались в разные стороны. Повезло. Но больше мы туда не совались.
А вот в ополчении, куда позднее попал Мещеряк, его серьезно ранило (маленький кусочек металла до сих пор сидит в кисти руки). Выйдя из госпиталя в конце войны, Александр в составе особой воинской части строил космодром Байконур, служил в Копьяре, а после демобилизации, приехав в Навашино, стал судостроителем. Начинал в 1950 году с ученика в бригаде, а потом стал профессиональным рабочим. На его глазах и с его участием создавалась первая серия танкеров смешанного (река-море) плавания, названная, по инициативе заводской молодежи, именами героев-комсомольцев. Головное судно «Олег Кошевой» было спущено на воду 31 июня 1954 года.
А Антонине Николаевне Мещеряк в 1975-м было оказано почетное право стать крестной матерью построенного на предприятии сухогруза «30 лет Победы». Тогда заводской конвейер исправно выдавал «Волго-Доны», которые до сих пор трудятся на водных маршрутах страны. По словам Антонины Николаевны, навашинцы сдавали до 15 теплоходов в год. Супруги добросовестно работали на заводе до самой пенсии, уйдя на заслуженный отдых в 80-х годах. Вырастили прекрасных детей (Владимир — военный пенсионер, Ирина трудится юристом), внучки Неля и Елена получили высшее образование и успешно работают. А еще в этой дружной и большой семье подрастает правнучка Карина.
— Старость — не комсомол, — замечает собеседница, перелистывая вместе с нами семейный фотоальбом. — Столько раньше было энергии, я всегда принимала активное участие в общественной работе, во многих заводских делах, тридцать с лишним лет пела в хоре ветеранов, год как не хожу, ноги уже не позволяют (в октябре Антонине Николаевне исполнится 89 лет!) Сейчас для нас в радость дача, куда на машине вывозят дети, правда, я уже там не хозяйничаю, а отдыхаю, да телевизор. Смотрю больше развлекательные программы, а муж — без отрыва новости из Украины. Что там творится!
В 2010 году Антонина Николаевна принимала участие в торжественном параде, посвященном 65-летию Победы в Великой Оте-чественной войне, на площади Минина и Пожарского в Нижнем Новгороде. Тогда для нее сшили специальный праздничный наряд. А ее наградной список пополнился высоким званием «Заслуженный ветеран Нижегородской области». 9 Мая в семье Антонины Николаевны и Александра Ивановича Мещеряк — самый главный праздник.

Александр ПЕТРОВ. Фото Владимира ЮЖАКОВА и из архива семьи Мещеряк

Прочитано 2151 раз

Последнее от Редактор сайта

Похожие материалы (по тегу)

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии