Пятница, 28 ноября 2014 14:01

Хороша страна Швейцария, только Волги у нее нет...

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

В октябре в российский прокат вышел фильм Никиты Михалкова «Солнечный удар», снятый по мотивам одноименного рассказа и дневниковых записей Ивана Бунина «Окаянные дни». В начале ноября мы увидели телевизионную, более расширенную, версию фильма. Критики, как и зрители, по-разному оценивают новую работу маститого режиссера, но сейчас хочется поговорить вовсе не о художественных достоинствах или недостатках картины, а о том, что в нем определенно отсутствует

Как известно, действие в рассказе Бунина «Окаянные дни» происходит на Волге, на волжском пароходе. Но, несмотря на присутствие в фильме резво бегающих по воде пароходиков, зрители, а уж волгари особенно, конечно же, заметили, что это вовсе не Волга и суда совсем не напоминают волжских красавцев. И все вместе это какая-то пародия на подлинно волжское раздолье и судоходство.
Сам Никита Сергеевич в своей передаче на телеканале Россия-24 «Бесогон TV» с возмущением сказал по этому поводу: «Первое, что мы сделали, — мы стали искать колесные пароходы. И вот что мы обнаружили. «Ласточка», на которой снимался «Жестокий романс», стоит изуродованная, со срезанными ручками, со сбитыми стеклами, по пояс вросшая в землю. Я не понимаю, почему? Вот за эти 20 лет будто бы во многих отраслях нашей жизни Гражданская война не закончилась. Какое-то истребительное желание разрушить, порушить, стереть с лица Земли, из памяти все то, чем гордились».
Единственный в России колесный пароход «Н. В. Гоголь» его владельцы перегнать с Северной Двины на Волгу отказались, и в результате Михалков был вынужден отправиться снимать Волгу в Швейцарию, на озерах, что он назвал тяжелейшим для себя решением.
Можно было бы посочувствовать режиссеру и, цитируя его, сообща посетовать на «поразительное свойство нашего народа», но... Мне вспомнилось лето 1994 года, когда Никита Сергеевич в Нижнем Новгороде готовился к премьере своего впоследствии оскароносного фильма «Утомленные солнцем». Все проходило в Театре юного зрителя, и накануне, перед репетицией, заранее договорившись, мы приехали в театр на встречу с Михалковым. Я, работавшая тогда редактором газеты «Большая Волга», и корреспондент Татьяна Дашкова. Мы принесли с собой письмо и фотографии, присланные по нашей просьбе коллегой из Ростова-на-Дону, журналисткой Ольгой Шевель. Вот что она писала: «Спартак» и «Володарский» стоят на «кладбище кораблей»... Фотокамерой передать детали так, как они есть на самом деле, трудно: в ресторане 1-го класса на верхней палубе свисающие провода от выдранной люстры, тряпье на койке, где спал бомж, пустые бутылки и окурки; клочьями облупившаяся краска, разграбленные и загаженные каюты, заржавевшие колеса».
Тут надо пояснить читателям «Волго-Невского Проспекта», что в 1990 году Волжское пароходство с благими намерениями продало оба парохода совместному советско-британскому предприятию «Бородино» для их дальнейшей реконструкции и последующей эксплуатации на пассажирских перевозках. По договору планировалось, что один пароход будет ходить в Волжско-Московском бассейне, а другой — за рубежом. Пароходы отправились к месту предполагаемой реконструкции, но успели дойти только до Ростова-на-Дону. Выяснилась финансовая несостоятельность английской стороны, и вскоре суда у совместного предприятия выкупила российская фирма ТОО «Адмирал», которая, в свою очередь, безуспешно в течение нескольких лет пыталась найти инвесторов для их реконструкции.
Впрочем, вернемся в 1994 год. К тому времени оба парохода три года как стояли у ростовской причальной стенки, разрушая во время весеннего половодья уникальные чугунные решетки местной набережной. Возмущенные жители написали в газету «Вечерний Ростов», которая 2 июня 1994 года выступила с обличительными снимками, и волжские пароходы были отправлены в акваторию Аксайского затона ОАО «Донречфлот», где начали постепенно приходить в полную негодность.
Вот с этими документами — письмом нашей ростовской коллеги Шевель, ее фотоснимками, копией договора между ВОРПом и совместным предприятием, публикацией «Вечернего Ростова» — мы и пришли к Михалкову: «Никита Сергеевич, ваша «Ласточка» погибает!» (В фильме Э. Рязанова «Жестокий романс», где Михалков играл роль купца Паратова, в роли принадлежащего ему парохода «Ласточка» выступил тогда еще живой «Спартак»).
Никита Сергеевич был тогда, как нам показалось, в благодушном, даже слегка игривом настроении: «Вы пришли ко мне как к Паратову? — спросил он. — Так ведь он по пьесе Островского — банкрот. А если как к председателю российского Фонда культуры, то и тут мои полномочия невелики. Вот если руководство пароходства напишет мне официальный запрос или еще лучше — будет коллективное письмо от ветеранов».
— Никита Сергеевич, — пытались мы объяснить мэтру, — в пароходстве сейчас очень сложная ситуация, мы пришли к вам по собственной инициативе, а не по поручению руководства компании. Пришли в надежде на ваш авторитет, на ваши возможности.
— В конце концов,— в отчаянии сказала я, — представьте ситуацию, что кто-либо из режиссеров надумает однажды снимать исторический фильм на Волге, а пароходов-то уже не будет!
Михалков, улыбаясь, беспомощно разводил руками.
Дальше было то, что было. В 2000 году к вопросу о том, где и в каком состоянии находятся два исторических парохода, вернулись вновь, но о спасении «Спартака» говорить уже не приходилось: его корпус имел значительную водотечность и транспортировке не подлежал. Корпус «Володарского» был «сухой», и даже существовало предварительное решение вернуть его в Нижний Новгород, но административные неувязки — кто кому сколько должен — в конце концов загубили и этот пароход.
Нынче мы узнали, что Михалков тридцать семь лет вынашивал идею фильма «Солнечный удар», то есть к 1994 году идея была где-то наполовину созревшей, во всяком случае, пароход-то в ней наверняка присутствовал. И тогда, в сколь бы плачевном состоянии ни находились «Спартак» с «Володарским», их можно было еще спасти.
«Я не понимаю, почему не сохранились пароходы на Волге», — сказали вы, Никита Сергеевич, в своей передаче, посвященной новому фильму. Да вот потому. Можно адресовать обвинения кому-то абстрактному, а можно спросить и с себя. Мне, например, как журналисту горько, что не хватило упорства в борьбе за сохранение волжских пароходов. А вам?

Наша справка

Легендарные колесные пароходы «Спартак» («Великая княжна Татьяна Николаевна») и «Володарский» («Великая княжна Ольга Николаевна») были построены ровно сто лет назад в Нижнем Новгороде на Сормовском заводе. И с тех дней, проработав на Волге почти 80 лет, перевезли сотни тысяч человек и снялись в большом количестве кинофильмов. Кстати, пассажирский пароход «Н. В. Гоголь», до сих пор работающий на Северной Двине, был построен в Сормове в 1911 году. То есть его возраст перевалил за 100 лет.

Елена ЯВОРОВСКАЯ. Фото из архива редакции

Прочитано 619 раз

Последнее от Редактор сайта

Похожие материалы (по тегу)

Другие материалы в этой категории: « Работаем ради людей Есть результат »
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии