Пятница, 03 июня 2016 10:24

Дорогой из «раненого детства»

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

После окончания в Брянске института транспортного машиностроения Вячеслав Матвеевич Харитонов выбрал по распределению не узбекский Чирчик, не далекий Северодвинск, а город судостроителей — Навашино. «Когда я едва научился читать, мне подарили былины об Илье Муромце, — пояснил он свое решение. — И так мне понравились рассказы о русском богатыре, что захотелось побывать на его родине. А тут через Оку до нее рукой подать. Да и сам завод, и места вокруг — еще поискать»   

О «профилактике», тошнотиках и самодельных чернилах
В военном и послевоенном детстве Славика Харитонова книг было мало, а читать очень хотелось. Стоит ли говорить о том, какое впечатление они оказывали на подростка. Как-то тетя Шура, с семьей которой он жил в Дятькове, достала ему две книжки — со стихами Лермонтова и… рекомендациями для красноармейцев, как действовать в бою. Тот и их прочитал несколько раз. Не говоря уже об уличных объявлениях и газетах.
Учебе в школе помешала начавшаяся вой-на (Вячеслав Матвеевич с 1935 года рождения), в первый класс пошел только в 1944-м. А до этого проходил другую —  жестокую школу выживания в фашистском плену.
— До сих пор, обедая, я оставляю примерно четвертую часть от налитого в тарелку супа, — признается Вячеслав Матвеевич, — такое правило, установленное бабушкой ради моего спасения в немецком концлагере, осталось на всю жизнь. Тогда на каждого человека давали одну порцию в сутки — баланду с куском хлеба, и то ее можно было получить только стоя в очереди. У кого были силы. Эту норму приходилось делить, чтоб немного хватило на вечер и чуть-чуть на утро. Иначе не выжить. И никогда не забыть тех детей, которые группами, молча, сидели в тени, усталые, безучастные, изнеможенные голодом и жарой. Кто не выдерживал таких мучений, падали в обморок, их уносили родители, и они больше не возвращались…
 Наш собеседник на минуту умолк, прикрыв глаза, словно переносясь в то горькое время, и после паузы протянул нам книгу:
— Вот почитайте написанную мной автобиографическую повесть «Раненое детство», в ней все подробно сказано о тех событиях, в том числе о так называемой «профилактике», это когда фашисты забирали детей в медпункт, давали сладкий чай и чем-то намазанный хлеб, а когда те засыпали, брали кровь для своих раненых солдат…
Немцы вошли в Людиново, родной город Славика Харитонова в Калужской области, 4 октября 1941 года. К тому времени вместе с сестренкой Валей он был уже на лесном хуторе Ясенок у той самой бабы Груни и деда Ильи, которые стали их ангелами-хранителями на протяжении всей оккупации. Отец ушел на фронт, а мама осталась с хозяйством в Людинове. Ее застрелили фашисты во время перехода через реку Болву после того, как город, освобожденный нашими войсками во время контрнаступления под Москвой, вновь перешел к немцам.
Захватчики тоже побывали на хуторе, и на Ясенке по утрам больше уже не пели петухи. Он умолк. А потом пришли партизаны, они контролировали правый берег реки напротив Людинова. За ними — каратели. Захваченных в плен стариков, женщин, детей долго гнали в тот самый лагерь, устроенный в одной из деревень — Жуковке. Во время остановок колонны они черпали и пили воду из больших луж, не обращая внимания на плавающих в них головастиков. Выбившихся из сил людей расстреливали на месте.
Славик не раз был на волоске от смерти. И в концлагере, когда его ударил охранник за то, что тот приблизился к колючему ограждению, чтобы полакомиться травянистыми «лепешечками». И потом, когда пленных с наступлением холодов расселили по деревням и гоняли на работы. Во время сбора картошки на уже убранном поле автоматные очереди прошили землю совсем рядом с ним...   
Советская армия выбила фашистов из Людиновского района в сентябре 1943-го. Но еще долго на освобожденных территориях налаживалась жизнь.
— Было тяжело, даже при возвращении в Дятьково, где я начал учиться в школе, — вспоминает Вячеслав Матвеевич, — когда растаял снег, добывали прошлогоднюю картошку, и тетя Шура, освободив ее от кожуры и добавив в этот серый крахмал щепотку муки, пекла на сковородке на растопленном свином жире тошнотики. Эти лепешечки нужно было не жевать, а размельчать языком и глотать (чтобы не слышать хруст песка). И такими вкусными они казались! А знаете, как делали обыкновенные чернила? Набирали опавшие дубовые листья, на одной стороне которых выросли круглые шарики. Из них давили сок, и на несколько дней опускали в него ржавые гвозди.   

И орден «Знак Почета» на груди
День Победы запомнился общим ликованием людей на городских улицах и… вкусом настоящих невиданных раньше конфет, завернутых в серебряную фольгу и цветную обертку. Их по одной выдали в школе каждому ученику по случаю праздника, а к ней по порции американской тушенки и кусочку белого хлеба.  
Жизнь наладилась после возвращения с фронта отца, Матвея Ильича. Чтобы прокормиться, уже  не надо было выкапывать старую картошку, ловить пескарей в дятьковском пруду и плести лапти. Это последнее умение передал внуку дед Илья, так и не увидевший Победы, но все же переживший второй немецкий плен (он воевал еще в Первую мировую). Кстати, юный мастер подшивал лапти металлической жестью от немецких консервных банок, а для своих тетушек и их подружек к общему восторгу прикреплял пеньковыми веревочками к плетеной обувке деревянные каблучки.
— Учиться нравилось, — рассказывает о своей дальнейшей судьбе В. М. Харитонов. — После семилетки окончил Людиновский машиностроительный техникум. Затем четыре года, с 1955-го по 1959-й, служил на флоте, в Балтийске на эсминце, и, вернувшись домой, продолжил обучение в институте. При Хрущеве поощрялось совмещение учебы в вузе с работой на производстве, выплачивалась стипендия. К тому времени я уже был женатым человеком, ездить приходилось в Брянск за 160 километров, да еще с пересадками, поэтому поддержка пригодилась. Успевал и подрабатывать: отучившись днем, вечером разгружал вагоны. Кстати, Никита Сергеевич и Георгий Константинович  Жуков приезжали к нам на флот во время службы на Балтике. Эти встречи произвели на меня неизгладимое впечатление.
После окончания института, получив специальность «машиностроительное производство. Станки. Инструменты», Вячеслав Матвеевич в январе 1968 года приехал в Навашино.  Правда, директор судостроительного завода «Ока» (ныне Окская судоверфь) находился в командировке. И без него приезжего специалиста определили мастером в ремонтный цех. Тому было не привыкать: уже трудился в этой должности в Людинове. А потом состоялась и встреча с руководителем предприятия Сергеем Павлиновичем Волковым. В первую очередь он поинтересовался, чем бы хотел заниматься молодой специалист. «Люблю конструировать оснастку», — не раздумывая, ответил тот, но заметил, что его устраивает и работа мастером.
— Работы в цехе было много, — обрисовывает тогдашнюю ситуацию Харитонов, — две недели никуда не выходил, даже стапеля не видел, а когда выбрался наружу, смотрю: идет Волков. «Как дела, Вячеслав Матвеевич?», — спрашивает. Один раз меня видел и запомнил имя! Он всегда с большим вниманием относился к людям. И решения принимал оперативно. В том же году меня приметил главный механик и забрал к себе начальником КБ по ремонту оборудования. Карьера шла быстро. В общем, вырос до главного технолога по переправочным средствам (вот где пришлось иметь дело со сложной оснасткой и выполнять жесткие требования военпредов). За что и был награжден орденом «Знак Почета». На протяжении всей своей истории предприятие создавало уникальные мостовые переправы. Довелось поработать и с директором Николаем Федоровичем Терешкиным, требовательным руководителем, развернувшим большое строительство на заводе и в городе. А на пенсию ушел, будучи начальником конструкторского бюро по судовой оснастке.

«Война и любовь»
Мы беседуем с Вячеславом Матвеевичем в его квартире на проспекте Корабелов. Перед ним на письменном столе фотография в рамке, на ней — два моряка в бескозырках, еще курсанты одного из военно-морских заведений Санкт-Петербурга. Сегодня внуки Сергей и Виталий — офицеры-подводники, служат на Севере. У первого подрастает сын Степан, то есть правнук Вячеслава Матвеевича, его буквально на днях ждут в гости в Навашине. А пока здесь проводит отпуск младший внук Виталий.  Их у супругов Харитоновых четверо.
— Как познакомился с Ларисой Николаевной? — переспрашивает наш собеседник. — Романтично. Учась в техникуме, заглянул в родную школу на новогодний вечер. Тут объявили белый танец, она меня и пригласила. Вот с тех пор вместе и танцуем по жизни. В Навашино приехали уже с двумя дочерьми, Юлией и Мариной, нам тогда выделили большую комнату. Жили дружно. Я пошел на завод, а Лариса выучилась на медицинскую сестру и много лет работала в Навашинской санэпидемстанции. Мы вместе 56 лет!    
Кроме рыбалки (а она в окрестностях Навашина замечательная, что оценил приезжавший сюда старший Харитонов — Матвей Ильич), огорода и ягод с грибами, есть у Вячеслава Матвеевича еще одно хобби. Повесть «Раненое детство», занимательная и написанная весьма талантливо, не единственная его книга. На прощание он подарил нам еще и поэтический сборник «Война и любовь». В него вошло 117 стихотворений собственного сочинения.  Одно из последних посвящено памяти Сергея Павлиновича Волкова, которое автор прочитал на открытии мемориальной доски бывшему директору.
— Когда-то увлекался стихами еще в Людинове , а публиковать их начал почти в самом конце моей работы на заводе, — говорит В. М. Харитонов. — Раньше стеснялся, а тут меня поддержал главный редактор районной газеты. Несколько стихотворений опубликовал под псевдонимом Юрий Снегов. Затем предложил редакции цикл стихов, посвященных Великой Отечественной войне. Писал каждый месяц. Так и вошел во вкус. Сейчас занимаюсь подготовкой газетных выпусков литературной страницы «Навашинские родники», объединяющей творчество местных авторов.  
Кстати, в своем поэтическом творчестве Вячеслав Матвеевич выступает и как публицист, предлагая решения актуальных проблем и передавая свои ощущения сегодняшнего непростого времени. Одно из таких стихотворений — «Илье Муромцу достойный монумент» — он посвятил увековечиванию памяти о народном герое, сохранению  русской истории и развитию старинного города, предложив проект нового архитектурно-туристического комплекса на берегу Оки.
  Быть может, стоит прислушаться к словам человека, многое видевшего в своей жизни, малолетнему узнику фашистских концлагерей, заслуженному ветерану Нижегородской области и просто патриоту своей земли.

Александр РАЙНИЧ. Фото Владимира ЮЖАКОВА

Прочитано 440 раз

Последнее от Редактор сайта

Похожие материалы (по тегу)

Другие материалы в этой категории: « Отдых по закону ВГУВТ на «Великих реках» »
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии