Пятница, 07 апреля 2017 09:37

Что в имени тебе моем...

Автор
Оцените материал
(0 голосов)

Корабль  — это олицетворение высшей степени инженерного искусства, одно из самых сложных в техническом отношении творений человека. И как воплощение умственной энергии тысяч людей, корабль словно вбирает в себя часть души проектировщиков, судостроителей и экипажа. Обретает душу и собственное имя, которое многое может рассказать о нем
Именно поэтому во всех флотах, особенно в военных, существуют давние традиции присвоения имени кораблю. Не обходится без них и российский ВМФ. Так, все  миноносцы и эсминцы с начала XX века называются только именами прилагательными: «Сообразительный», «Стерегущий», «Пылкий», «Бойкий», «Стойкий».
В американском военном флоте другая система: названиями штатов там называют линкоры (а теперь и атомные подводные ракетоносцы), названиями городов — крейсеры, а эсминцы и фрегаты получают имена знаменитых или отличившихся в боях соотечественников.
Много традиций основано на боевой деятельности корабля. К примеру, если судно сдалось врагу, его имя навсегда вычеркивается из списков ВМФ. Так произошло с русским броненосцем «Орел», который спустил флаг во время Цусимского боя. И, наоборот, названия кораблей, отличившихся в боях, переходят от одного судна к другому по наследству. Яркий тому пример — имя «Варяг», которое существует в российском флоте с XIX  века и присваивается только лучшим кораблям. Таким, как ракетный крейсер типа «Слава» Тихоокеанского флота.
Другая история в торговом мореплавании, тут  каждый старается в меру своей фантазии и корпоративной этики. И поэтому  бороздят океаны и моря «Океанские симфонии»,  «Веселые пчелы», «Морские коты», «Русичи» или просто — «Контейнеровоз №…».
Но при этом название на борту — не просто надпись, оно, как и имя человека, самым непостижимым образом влияет на его судьбу. В этом отношении весьма показательна история кораблей, названных в честь адмирала Нахимова. Несмотря на то, что этот флотоводец овеял себя бессмертной славой во время Крымской войны, суда, носящие и носившие его имя, имеют трагическую или несчастливую судьбу.
Начиная с броненосного крейсера «Адмирал Нахимов» (1888 год), который был потоплен торпедой с миноносца в ходе Цусимского сражения, и заканчивая пассажирским теплоходом «Адмирал Нахимов» (бывшим немецким судном «Берлин»), протараненным сухогрузным теплоходом «Петр Васев» во время выхода из Цемесской бухты  Новороссийска в 1986 году.  
Был пример несчастливых имен и на речном флоте. Так, сухогрузный теплоход «Волго-Дон-12» постоянно попадал в какие-либо неприятности до самого момента его списания.
Печальна история и двух башенных канонерских лодок «Чародейка» и «Русалка», построенных во второй половине XIX века. Примечательно, что во время приемки кораблей «в казну» православная церковь отказалась освящать корабли с именами нечистой силы на борту. И если «Чародейка» прослужила свой положенный срок, то «Русалка» вскоре попала в жестокий шторм, пропав без вести в Балтийском море. Ее остов обнаружили только 100 лет спустя, и тайна гибели лодки  до сих пор остается нераскрытой.  
К счастью, существует масса обратных примеров. Многие, наверное, помнят старый советский фильм «Командир счастливой «Щуки». Так вот в основу этого фильма была положена подлинная история знаменитого подводника, командира подводной лодки Щ-303 «Ёрш» капитан-лейтенанта Ивана Васильевича Травкина. В  течение кампании 1942 года, несмотря на активное противодействие противника и перенасыщенность Балтийского моря минами и противолодочными сетями, «Ёрш» оказался единственной из восьми подлодок своего дивизиона, которая смогла вернуться на базу из боевого похода. Именно после этого она стала именоваться «счастливой».
На следующий год это звание только подтвердилось. В одном из новых  походов, что детально отражено в известной кинокартине, лодка вынуждена была всплыть, и ее обнаружили немцы. Началось затяжное преследование, длившееся около 70 часов. Противник сбросил более ста глубинных бомб и уже праздновал победу, но субмарина каким-то чудом отделалась лишь легкими повреждениями и смогла вернуться на базу, где ее уже не ждали и сняли с довольствия. Удача сопутствовала Щ-303 и дальше, позволив ей встретить Великую Победу в боевом строю.
Иногда  корабли, словно живые, «обижаются», когда их  называют не тем именем, которое они заслуживают. Как, например, в истории с речным пассажирским теплоходом «Капитан Рачков». Много лет теплоход добросовестно трудился на Волге, неся на борту имя боевого речника — капитана Рачкова, погибшего во время обороны Сталинграда. Но новый собственник решил переименовать судно, и через несколько лет оно вспыхнуло возле причала во время зимней стоянки.
Поэтому, называя корабль тем или иным именем, следует быть осторожнее, поскольку флотские традиции и обряды зачастую не просто связаны с красивыми легендами, а являются обобщенным  опытом многих поколений моряков и речников.

Игорь СКВОРЦОВ. Фото Владимира ЮЖАКОВА

Прочитано 244 раз

Последнее от Редактор сайта

Похожие материалы (по тегу)

Другие материалы в этой категории: « Солнечный катамаран Речные ворота открыты »
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии